Манифест Кларксона: Монархия (обзор Land Rover Defender 90 Td5 Station Wagon)

(The Sunday Times, 3 декабря 2006)

Пару лет назад моя жена решила, что - хоть у нее и была пара лошадей - ей не хватало другой крайности для жизни за городом. Поэтому она заявила, что мы должны поторопиться и немедленно купить то, что все называют "старым добрым Land Rover'ом".

Я не понимаю, в чем прикол. Эта машина предлагает то, что лучше всего описать словами «Средневековая езда», и дает своим поклонникам возможность представить, какой была бы  жизнь, если бы им пришлось ежедневно ездить по своим делам в доспехах. Она - как плита «Aga» в мире автомобилей: большая, тяжелая, громоздкая и совершенно неуместная в современной эпохе.

Кстати говоря, Ричард Хаммонд – большой поклонник старых Land Rover'ов - хотя из-за того, что в нем всего 1,5 метра роста, ему приходится оснащать свои джипы стремянками в форме удлиненных красных рессор и парой телескопических кресел на гидроприводе.

Подержанный автомобиль, который моя жена купила за £4,000, был гораздо лучше этого. У него были тихие воздухозаборники на передних крыльях, которые - когда через них проходит воздух - издают писк, улавливаемый лишь ухом оленей и медведей, которые могут оказаться впереди на дороге. У него также были такие широкие покрышки, какие не встретишь ни на одном Ламбо, и на протекторе которых было больше извилин, чем на лице Поющего Детектива.

Очевидно, он когда-то принадлежал шведской армии, что также было замечательно. Это означало, что он использовался не особо интенсивно.

И из-за своей военной родословной он был полностью выкрашен в камуфляж, имел суперчерную тонировку на окнах, пулемет SA80, закрепленный на торпеде, и 6-метровый просвет на каждом углу. У него также была металлическая крыша, которую можно было снять всего-то за пару дней - при условии, что вы заручитесь помощью шестерых друзей и небольшого крана.

Заметьте, это был не самый большой его недостаток. Нет, самым большим недостатком был тот факт, что под капотом находилась керосиновая печь. Это была — и я сейчас не преувеличиваю — самая медленная машина из когда-либо созданных. И поэтому, когда ему дали задание тянуть прицеп для лошадей, груженый Эво-Стиком и Аралдайтом — или как там зовут лошадей моей жены — он едва мог сдвинуться с места.

Однажды - на не особо крутом подъеме неподалеку от Чиппинг Нортон, он просто встал. Ей-богу, больше лошадиных сил было в прицепе.

Это стало причиной многих ссор. В прошлом году, например, я выехал 10 декабря, чтобы купить новогоднюю елку, и не вернулся до апреля.

Я ненавидел эту машину. Я ненавидел тяжелый руль, а также то, что каждый раз, когда я закрывал дверь, она разбивала мое плечо на несколько маленьких кусочков. Я ненавидел тесное пространство для ног, и то, как керосиновая печь мощностью в 1,5 лошадиные силы умудрялась издавать больше шума, чем дамба Гувера.

Пассажиров также беспокоили острые углы в салоне, которые, как они справедливо считали, стали бы серьезной проблемой в случае аварии. Как бы не так: чтобы попасть в аварию, нужно набрать хоть какую-то скорость, а у нашего Land Rover'а скорости не хватало даже для того, чтобы заработали воздухозаборники. Не сказать, чтобы это было проблемой - ведь даже если бы он вошел в поворот на полной скорости, у любой черепахи хватило бы времени, чтобы убраться с его пути.

В конце концов, я одержал победу, и моя жена согласилась обменять эту тупую машину на машину с двигателем. Большим двигателем.

Можно приобрести Land Rover'ы с двигателем V8. Их собирали время от времени для разных экспортных рынков. Но они редкие и, как следствие, – дорогие.

Однако не отчаивайтесь, потому что вокруг валяется полно Land Rover'ов, а также полно двигателей V8. Поэтому мы просто купили две части — почти за бесценок — и попросили знакомого механика соединить их.

Я должен пояснить, что V8, который мы нашли, был не 3.5-литровым. В стремянке Ричарда Хаммонда - 3.5 литра, поэтому мы взяли 3.9, что гораздо лучше. Он также оснащен карбюраторами, поэтому, если он сломается — а он обязательно сломается, потому что его собирали коммунисты — его можно будет починить единственным инструментом из моего набора. Молотком.

Очевидно, приделать V8 к Land Rover'у очень легко, но еще легче приделать на торпеду рычаг, который направляет выхлопные газы либо вниз через каталитические конвертеры и глушитель, либо, если потянуть его на себя, – вдоль вентиляционного канала. Никаких глушителей. Никаких катализаторов. Только 50 литров на 100 километров и несомненно лучший в мире звук.

И так как мы оборудовали его всеми крутыми военными штуковинами от предыдущей модели - выглядит он тоже довольно шикарно.

Однако, несмотря на весь шум и всё "бу-га-га" и боевой "не связывайтесь со мной" внешний вид, он все еще ускоряется с энергией и мощностью кораллового рифа.

Возможно, это неизбежная проблема. Возможно, Land Rover – он как большой и громоздкий глубоководный водолазный костюм; в него можно запихнуть самых крепких и сильных мужчин мира, но он все равно не выиграет ни одного забега.

Чтобы выяснить это, я одолжил новый Land Rover. У него был электропривод окон, обогрев сидений и множество других земных благ, а также он был выкрашен в очень изящную серебристую краску, что делало его внешний вид очень "Камдентауновским".

У него также был относительно новый пятицилиндровый турбодизель – двигатель, который выдает просто немереный крутящий момент. Это ощущается, когда начинает дуть турбина – словно гераклова внутренняя сила, словно невидимая катапульта, которая смогла бы освободить вас и ваши доспехи из любого болота, из челюстей самой ледяной в мире ловушки.

Но мощность? Нет. Ее все равно нету. Вам приходиться ездить повсюду с зеркалом заднего вида, полным танцующих чечетку фар, когда люди сзади вас отчаянно пытаются найти способ прорваться вперед.

У него также есть набор передаточных чисел, которые вполне могут подойти для Суэйлдейла в феврале, но с которых нет никакого толка во всех остальных местах. Часто четвертая неспособна вытянуть вас под гору, поэтому вы понижаетесь до третьей и получаете ощущения, схожие с теми, когда вам в спину ударяется железный шар для разрушения зданий. Вы сами вдруг едете со скоростью 50 км/ч, в то время как ваши восьмитонные доспехи, издавая такой звук, будто рождается вселенная, уже практически заглохли.

Более того, в нем все еще недостаточно места за рулем для человека, у которого есть плечи или ноги, в нем все еще есть острые углы, он прыгучий, словно маленькая собачонка перед обедом, и в результате всего этого ехать на нем так же весело, как на телеге с пробитым колесом. И нельзя сказать, что все эти страдания краткосрочны, потому что каждая поездка по магазинам занимает две-три недели.

Так почему же, ради всего святого, Land Rover просто не прекратит выпускать Defender и не заменит его чем-то, что действительно работает? Чем-нибудь, что все так же будет создаваться для Суэйлдейла, но только будет иметь пространство для плеч. Я скажу вам, почему. все дело в том, что они страдают от британской болезни под названием Синдром Мини.

Все мы страшно боимся перемен. Вот почему корабли Королевского Военно-морского флота эпохи Второй мировой войны были таким дерьмом – потому что скорострельность помогла одержать победу при Трафальгаре, а значит - скорострельность всегда должна быть важнее размеров корпуса, или даже точности, или – чего уж там – броневой защиты.

Вот почему у нас есть королевская семья. Конечно же, это чушь собачья – давать кому-то бразды правления страной только потому, что он родился в замке. Но эй - мы всегда так делали, и посмотрите, что произошло, когда Его Премьерство Тони заменил наследственных пэров в Палате Лордов системой «наличные за титулы»...

Потом еще есть Mini. Годами оригинальная версия оставалась на службе, потому что сменить ее означало бы подорвать 40-летнюю традицию. А такого не могло произойти.

В результате компания обанкротилась, и пришли немцы, которые посредством нового Mini продемонстрировали, что традиция вовсе не обязательно должна означать езду на работу в автомобильном эквиваленте рахита.

Точно такая же штука и со "старым добрым Land Rover'ом". Он – просто куча хлама: неудобный, медленный, непрактичный и - с ценами, которые начинаются с £20,000, – далеко не дешевый. Однако ни у кого не хватает смелости прекратить 60-летнюю традицию и начать с чистого листа. Но кто-то ведь должен это сделать.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.timesonline.co.uk/tol/driving/jeremy_clarkson/article656317.ece)

Кларксон про американцев

(TopGear, 25 августа 2006)

Мы представляем себе американского автолюбителя с большим раскачивающимся животом, катящегося из штата в штат на большой, раскачивающейся машине с большой раскачивающейся подвеской на укачивающих 55 миль в час. На протяжении многих лет я доказывал, что сердце среднего американского автолюбителя бьется примерно раз в 15 минут. С технической точки зрения, это кома. Но, к сожалению, это неправильно.

В наши дни, американский автомобилист ездит на той же скорости, что и мы – 120 или 130 км/час. И он – самое агрессивное существо на Земле. Если вы хотите перестроиться в другой ряд на трассе, скажем, потому что вы приближаетесь к своему съезду, то вы можете мигать поворотником сколько угодно, но никто не притормозит, чтобы пропустить вас.

Быстрее ехать они тоже не будут. Они просто будут сидеть там, пока вы не вспомните, что едете на арендованной машине и не совершите маневр напролом. После этого вы получите набор невербальных жестов, о существовании которых даже не подозревали. Я не знаю другой такой страны мира, где автомобилисты относились бы друг к другу настолько нетерпимо.

Малейшая ошибка в лучшем случае вызывает внушительную порцию сигналов, а в худшем – трехсекундную очередь из какого-нибудь автоматического оружия. Другая проблема – нависание на хвосте. Конечно, такое случается всюду – на самом деле меня как-то догнала монахиня в Италии – но ни в одном другом месте это не происходит так часто, как на американском шоссе.

В порядке вещей для каждого – сидеть в метре от заднего бампера вашей машины. А это, когда за вами едет грузовик «Kenworth», и вы едете со скоростью 120 км/ч, и у него есть карабин M16, и вам нужно уйти влево, и человек в соседнем ряду даже не думает вас пропускать, может быть немного стремно.

Но изменилось даже не то, как они ездят. Изменилось то, на чем они ездят. Сейчас, на каждый заурядный седан наподобие полицейского, приходится парочка «Evo» или «Subaru». И почти каждая машина была тем или иным образом модифицирована. Больше всего мне понравился оранжевый Lotus Exige, припаркованный возле бензоколонки посреди Долины Смерти.

"Да-а," сказал довольно серьезного вида водитель, когда я подошел, "я добавил пару градусов на амортизаторы сзади, смягчил на 25 процентов подвеску спереди, прокачал компрессор..."

"То есть", сказал я, когда мне надоело, "вы ее испортили".

Он был искренне ошеломлен. Я так понимаю, там бытует мнение, что производителям автомобилей не хватает компетентности. А если GM, Chrysler и Ford не способны сделать вменяемую машину, то каковы шансы на то, что эти смешные маленькие тролли в Европе способны? Не говоря уже о тех маленьких желтых парнях из страны восходящего солнца.

Я попытался объяснить нашему американскому другу, что Exige поступил на рынок после длительных исследовательских работ, и что если бы управляемость можно было улучшить, приподняв задние амортизаторы на два градуса, то он может быть уверен, что так оно и было бы сделано в первую очередь.

Но ничто из этого его не беспокоило – вместо этого он пустился в длинный перечень того, что он сделал, чтобы двигатель Toyota работал чище и лучше, и с чем сам производитель не смог справиться. Если хотите узнать подробности, то вы, скорее всего, найдете его на том же самом месте. Это единственный гараж в Бэйкере. Вы его не пропустите.

В любом случае, дело в том, что, благодаря новомодному увлечению модификацией и прокачкой, а также благодаря более агрессивному стилю вождения, на рынке сейчас присутствует огромное количество модифицированных и прокачанных машин. Большинство из которых, похоже, созданы на базе нового Ford Mustang.

Это не так уж плохо. С его мягкими амортизаторами и сырым двигателем V8, стандартный продукт похож на одну из этих «девушек по-соседству», которых можно увидеть в FHM. Вы чувствуете, что если поставить немного света здесь и подвести контур там, то можно превратить бледного подростка из промышленного района в следующую Клаудию Шиффер. "Shelby" сделал такую попытку, но результат вышел неоднозначный.

В нем много мощи – 475 л.с. – но подвеска, рулевое управление и тормоза остались нетронутыми. А это значит, что вы переплачиваете только ради того, чтобы попасть в более серьезную аварию. «Roush» – не такой. За «Roush» сейчас выступает, если я не ошибаюсь, пять из 43 гонщиков «Nascar Winston Cup», а это делает компанию чем-то вроде Ferrari, McLaren и пол-Williams вместе взятых.

«Roush» также несет ответственность за спутниковую сигнализацию на моем GT, что не есть хорошо. Но я не позволяю личным проблемам затуманивать свои суждения. На самом деле, я все же позволяю личным проблемам затуманивать мои суждения – именно поэтому я ударил Пирса Моргана – но в этом случае я собираюсь играть открыто и прямо заявить, что «Stage III Roush Mustang» – прекрасный способ ехать быстро и за небольшие деньги.

Такой подход озадачил продавца. "Но он стоит $43,000", сказал он с недоверием. Если быть точным, то это £23,800 – как для масл-кара с компрессорным V8 – действительно невероятно. "Да", сказал наш парень, "но эта машина производит всего 415 л.с., что намного меньше, чем у Shelby или Saleen". К его изумлению, меня это не волновало.

415 л.с. позволяют «Roush Mustang» разгонятся от нуля до сотни за 4.9 секунды и развивать ту или иную максимальную скорость. Никто не проверял, какую. Могу лишь сказать вам, что спидометр размечен до 220 км/ч. Поэтому на прямой линии он не так уж и грандиозен. Грандиозным он становится в поворотах, потому что у него низкая посадка, жесткая подвеска и доля грубой силы. Он на 15 процентов жестче обычной модели и, если честно, я был не менее жестким.

В нем нет изящества, он никоим образом не похож на BMW, но по контролируемости в заносах с помощью одной лишь педали газа он способен составить конкуренцию другому колониальному выскочке – Monaro VXR. Это, в свою очередь, поднимает вопрос. Возможно ли импортировать такую машину в Британию?

Я не говорю о формальностях, потому что, конечно же, вы просто грузите ее на судно, платите налог, и спустя пару недель она будет у вашего дома – готовая и оформленная в соответствии с буквой закона. Нет, я говорю о социальной стороне. Возможно ли импортировать эту машину... без того чтобы все ваши друзья умерли со смеху. Над вами.

Скажите кому-то, что вы ездите на Мустанге, и, вне зависимости от ситуации, вы произведете впечатление местного диджея. Для нас он ассоциируется с фильмом «Буллит». У всех остальных он вызывает подозрение, что мы женаты на собственной сестре. И действительно ли вам нужна машина с двумя полосами на капоте? И выхлопом, который звучит как ураган Катрина?

В Америке такое прокатит. Но это оттого, что они намного более агрессивны, чем мы. Они дали миру «KFC». Мы дали миру чай со сливками. И я полагаю, что ездить тут на «Roush Mustang» будет все равно, что макать куриную ножку в клубничное варенье.

А ведь есть еще и политика. Эта машина означает, что вы согласны с политикой Штатов. Вы ездите повсюду и заявляете, что поддерживаете войну в Ираке и стратегию в Афганистане. Возможно, в вашем случае так оно и есть. Но не в моем.

Так зачем же, спросите вы, я купил себе Ford GT? Очень просто. Кузов британский, коробка передач британская, рулевая колонка – от «Астона», шасси было построено парочкой ребят из «Lotus», колеса немецкие, а тормоза – итальянские. Мощь американская, да, но она укрощена и поставлена на дорогу европейцами. Другими словами, это – метафора идеального мира.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.topgear.com/content/features/stories/2006/08/stories/15/1.html)